locale:
scientific journal
RUSSIA XXI

< Issue No 5 from 2016 yr. >

Атомное оружие – детонатор холодной войны. Две проекции

Началась ли холодная война между двумя сверхдержавами и их союзниками преимущественно как реакция на заключительные операции Второй мировой войны, когда Советский Союз якобы совершил массированное вторжение в большинство стран Западной Европы, или ее рождение обнаруживалось еще до появления атомного оружия, столь мощно продемонстрированного в Хиросиме и Нагасаки? Автор раскрывает свое понимание связи между наукой (и в первую очередь ядерной физикой), войной и политикой, что проявилось уже в первые годы Второй мировой войны. Основываясь на недавно еще закрытых и неизвестных материалах бывшего СССР и США, очерк показывает, что холодная война между двумя сверхдержавами началась задолго до атомной бомбардировки Японии как результат глубокого конфликта менталитетов и убеждения Америки в возможности создания безопасного мира в том случае, если после победы во Второй мировой войне ни одна страна за исключением США не будет иметь атомного оружия.

Накануне падения Берлинской стены (страницы из дневника 1989–1992 гг.) (окончание)

Внутренний кризис назревал в ГДР давно, но положение нельзя было назвать отчаянным. Руководство СЕПГ и правительство республики располагали достаточно сильными рычагами для того, чтобы регулировать ход событий. В то же время отсутствие заранее выработанной программы действий на период после отставки Эриха Хонеккера возымело самые разрушительные последствия. Попытки спешно выработать новую концепцию, а затем согласовать ее с Москвой привели к недопустимой потере времени, которой воспользовались внешние и внутренние силы, добивавшиеся не реформы ГДР, а ее упразднения. Дополнительное деструктивное воздействие на обстановку в ГДР оказала неуверенность партийного актива среднего звена в поддержке республики со стороны вождей советской перестройки. В дискуссиях в СССР с участием «специалистов по Германии» и даже в советских СМИ все чаще появлялись высказывания в пользу «слияния» ГДР и ФРГ. Ясного и четкого отпора такие информационные вбросы не встречали. Погребальный колокол по ГДР прозвучал только в тот момент, когда неразбериха и несогласованность в высших эшелонах власти республики вызвали вынужденное упразднение контроля на линии секторального разграничения между столицей ГДР и Западным Берлином. Именно тогда начался отсчет последних дней существования ГДР.

Воинские преступления как фактор криминализации России в Первой мировой войне

Статья, основанная на архивных материалах, посвящена вопросу роли воинских преступлений в криминализации России в годы Первой мировой войны. В работе рассмотрены основные виды воинских преступлений в годы войны, их масштабы и динамика, связь с общегражданскими преступлениями и революционными выступлениями, проанализировано изменение самого состава русской армии, постоянно пополняемого бывшими уголовниками, их роль в прогрессирующей криминализации армии и общества вплоть до Октябрьской революции.

Зигзаги судьбы: профессор А.В.Флоровский и его советские коллеги (продолжение)

В статье рассказывается, как «железный занавес» прервал контакты А.В.Флоровского с советскими коллегами. Он смог возобновить их только в годы хрущевской «оттепели». В 1950-е гг. историк познакомился по переписке с А.А.Новосельским, Б.Б.Кафенгаузом и другими советскими коллегами. Одной из главных тем их общения становится подготовка издания «Писем и бумаг императора Петра Великого». В статье анализируются историографические и источниковедческие советы А.В.Флоровского относительно этого издания.

Дипломатия Петра I на заключительном этапе русско-турецкой войны 1686–1700 годов. Часть V

К началу декабря 1697 года казалось, что вымотанные острейшими дипломатическими схватками и несносными природными условиями участники Карловицкого конгресса все же принудят себя к какому-то компромиссу. Но это была лишь иллюзия. Во многом благодаря твердой позиции Возницына и его умению играть на разногласиях союзников борьба неожиданно разгорелась с новой силой, создавая ситуацию, когда могло случиться всякое из прежде маловероятного.

Перестройка до основания (продолжение)

В начале декабря 1991 года КГБ было реорганизовано в Межреспубликанскую службу безопасности, председателем которой стал Вадим Бакатин. Он передал, как «Акт доброй воли», послу США в Москве чертежи и схемы расположения подслушивающих устройств в новом здании Посольства США в Москве. 7–8 декабря лидеры РСФСР, Украины и Белоруссии – Ельцин, Кравчук и Шушкевич – подписали Декларацию о преобразовании СССР в Содружество Независимых Государств (СНГ). 21 декабря на встрече лидеров республик бывшего СССР в Алма-Ате в состав СНГ вошли 11 республик. Президент СССР Михаил Горбачев 25 декабря объявил о своей отставке. В статье обсуждаются экономические последствия перехода от социалистической экономики к «свободному рынку». С января 1992 года начался рост цен на все товары и услуги, за которым последовал кризис финансовых систем в России и в странах СНГ, а также рост безработицы и снижение жизненного уровня населения. Для решения возникших проблем Борис Ельцин произвел смену руководства правительства РСФСР, которое возглавил Виктор Черномырдин. Новым Председателем Центрального банка РСФСР был назначен Виктор Геращенко.

«Бесы», «игроки» и «мечтатели», или как человек становится революционером. Часть V

Террор – один из наиболее загадочных и спорных эпизодов Французской революции. Долгое время он находился в центре внимания исследователей, но его история нередко искажалась, обнажая идеологическую пристрастность и ангажированность эпохи. Историографическая традиция XIX–XX вв. предлагала, как правило, два взаимоисключающих ответа: «теорию обстоятельств» и концепцию «исторического фатализма», где якобинская диктатура, с одной стороны, выступает порождением сложнейшей социально-экономической, политической и военной обстановки в стране, а с другой, – логическим завершением просветительских идей. Ситуация резко изменилась накануне 200-летнего юбилея (1989): проблематика сюжета значительно обновилась, сделав его предметом самых различных интерпретаций.